wrapper

Понедельник, 21 марта 2022 00:00 Прочитано 183 раз

ВАЛЕНТИН КАТАСОНОВ. БЕГСТВО ИНОСТРАННОГО КАПИТАЛА ИЗ РОССИИ: ЕГО СЛЕДУЕТ ПРИДЕРЖАТЬ ИЛИ НАЦИОНАЛИЗИРОВАТЬ?

Ставка инициаторов санкционной войны против России на бегство иностранных инвесторов и последующий обвал экономики России – не сработала.

Начавшаяся санкционная война против России наносит ощутимый удар по иностранному капиталу в российской экономике. Собственно, инициаторы этой войны и рассчитывали на то, что первыми на санкции отреагируют иностранные инвесторы. И что своей рефлексивной реакцией на санкции они могут создать триггерный эффект и обрушить всю российскую экономику.

Видимо, давая иностранному капиталу сигнал на выход из России, инициаторы санкций рассчитывали и на социальный эффект. Ликвидация рабочих мест при остановке работы иностранных компаний и исчезновение во внутренней розничной торговле многих жизненно важных товаров (как импортируемых, так и производимых иностранным капиталом внутри страны) могут вызвать протесты граждан и социальные волнения, которые будут ослаблять политическую власть в России.

Присутствие иностранного капитала в российской экономике оценить достаточно сложно. Раньше Росстат давал гораздо более развернутую статистику по иностранному капиталу, например, цифры по участию нерезидентов в акционерном (уставном) капитале компаний, находящихся в российской юрисдикции.

Сейчас в открытом доступе на сайте Росстата есть лишь отдельные фрагменты картины. Например, имеется показатель доли иностранного капитала в инвестициях в основной капитал российской экономики. Так, в 2000 году эта доля равнялась 1,5%. Плюс к этому доля совместных российских и иностранных компаний в инвестициях в основной капитал составила в указанном году 12,2%. А вот значения этих показателей по некоторым другим годам (%): 2005 г. – 8,2 и 11,2; 2010 г. – 5,9 и 7,9; 2015 г. – 8,3 и 7,4; 2019 г. – 5,8 и 7,0.

На самом деле зависимость российской экономики от иностранного капитала намного выше, чем это вытекает из приведенных цифр. Например, потому, что часть инвестиций в основной капитал, которые осуществляются чисто российскими компаниями, финансируются за счет кредитов, получаемых от иностранных банков. Так, согласно данным того же Росстата, за счет таких кредитов было профинансировано инвестиций в основной капитал в 2017 году – 5,4%; в 2018 году – 4,4%; в 2019 году – 2,1%.

Еще одним источником информации об иностранных инвестициях является Банк России. Согласно его данным, на 1 октября 2021 года активы, сформированные иностранными инвесторами и кредиторами в российской экономике, составили 1.180,2 млрд. долл. В эту суммарную величину входят (млрд. долл.): прямые иностранные инвестиции — 596,0; портфельные иностранные инвестиции (включая вложения в финансовые производные инструменты) – 308,4; прочие иностранные инвестиции (преимущественно займы, ссуды и кредиты) – 275,8.

Согласно подсчетам СКБ «Контур», основанным на данных государственного реестра, на сентябрь прошлого года число компаний с иностранным участием в России составило 28,4 тысяч (тремя годами ранее было 47,1 тыс.; сокращение на 40%).

Надо иметь в виду, что контроль над компанией из-за рубежа может осуществляться не только через прямые инвестиции (участие в акционерном капитале), но также с помощью иных инструментов. Таких, например, как предоставление российской компании технологий на основе лицензионных соглашений или товарных и фирменных знаков («брендов») на основе договора франшизы.

Технологии и бренды не только позволяют контролировать компанию, но и получать ренту, называемую «роялти». Неакционерные формы присутствия иностранного капитала в российской экономике становились все более значимыми, т.к. они страховали нерезидентов от возможных санкций (прежде всего, арестов активов).

Примером того, как иностранные компании минимизировали свои активы в России, могут служить американские ИТ-корпорации, которые выкачивают из страны миллиарды (не рублей, а долларов), но при этом порой не имеют в нашей стране полноценных «дочек», филиалов и даже представительств. Нередко могут быть лишь броские вывески, за которыми очень мало реальных активов. Вот один свежий пример.

Организацией «Общественная потребительская инициатива» 3 марта был подан иск в Пресненский суд Москвы к компании Apple. Истец требует признать противоправными действия ответчика, который приостановил импорт, продажу и техобслуживание продукции в России. В этой связи требует понудить компанию выполнять свои обязательства, а также предлагает в качестве ответной меры арестовать счета и имущество «дочки» по имени «Эппл Рус».

Однако, по мнению экспертов, перспективы удовлетворения иска не высоки. Непонятно, какие активы российского Apple в принципе можно арестовать, монобрендовые магазины Apple в России принадлежат её партнерам, офисы арендованные, арест счетов бессмыслен, поскольку поставки заморожены и платежей от российских ретейлеров не поступает.

Расчет организаторов санкций на рефлексивную реакцию иностранных инвесторов, работающих в российской экономике, отчасти оказался верным. Многие из них стали делать заявления о том, что либо приостанавливают свою деятельность в России (полностью или частично), либо вообще уходят из России. Порой трудно понять, является ли заявление официальным или это лишь ожидаемое решение (которое может быть пересмотрено).

Точного числа иностранных компаний, которые приняли решения о приостановке своей деятельности или уходе, нет. Вместе с тем называются примерные цифры. Российское издание «Коммерсант», например, 5 марта сообщило: «…на сегодняшний момент несколько десятков иностранных компаний на рынке РФ, преимущественно торговых, объявили о приостановке или прекращении бизнеса в стране».

Портал «Сравни.ру» ведет списки иностранных компаний, приготовившихся к бегству из России с конца февраля. На утро 9 марта в этом списке было 340 компаний и брэндов. Приведу фрагменты из этого списка.

В финансовом секторе: компания Visa Mastercard (запретила выпуск карт банкам под санкциями); Google Pay и PayPal (ограничивают свою работу); American Express (прекращает свою деятельность).

В автомобильном секторе полностью приостанавливают поставки автомобилей, комплектующих для сборки, а также (в некоторых случаях и запасных деталей): VolkswagenSkodaMazdaToyotaMercedesBenz; Ford; Audi; BMW.

В сфере офисной техники и электроники останавливают поставку: AppleDellIntelSiemensHP.

В секторе нефти, газа, энергетики и промышленности: BP; Shell; Equinor; TotalEnergies; ExxonMobil; Fortum; BASF; Kinross Gold; KONE; Komatsu; OMVGeneral ElectricSandvikAlcoa и др. Тут все по-разному. Например, британская нефтегазовая компания BP заявила, что продаст 19,75% принадлежащих ей акций российской государственной нефтяной компании «Роснефть». TotalEnergies не будет инвестировать в российские проекты. ExxonMobil выйдет из проекта «Сахалин-1».

В некоторых случаях руководители иностранных компаний прямо заявляют о том, что сворачивают свою деятельность в России по «политическим соображениям», в знак несогласия с «военным вторжением России на Украину» и т.п. В других случаях решения о сворачивании деятельности в России мотивируется ростом неопределенностей и рисков в сфере бизнеса из-за санкционной политики Запада и ответных действий России. Наконец, в некоторых случаях решения иностранных компаний озвучиваются без каких-либо объяснений.

Конечно, для ряда компаний решения об уходе из России является тяжелым решением. Для некоторых из них Россия была очень большим куском их бизнеса. Для других такие решения не являются трагедией. Особенно для крупных транснациональных корпораций, у которых Россия лишь деталь их глобального бизнеса, и потеря этой детали не смертельна.

Взять, например, американские ИТ-корпорации. На Россию, по оценкам, приходится совсем небольшая доля их прибыли: даже если Apple, Google, Meta и Netflix выведут все свои сервисы с российского рынка, то потеряют в общей сложности примерно 1-2% всех прибылей, получаемых от своего глобального бизнеса.

Не исключаю, что кто-то уходит из России с чувством глубокого удовлетворения. Удовлетворения по поводу того, что здесь удалось хорошо заработать. Обидно уходить из страны, когда там остаются активы, которые не успели себя окупить. Другое дело, когда они многократно окупились. Тогда судьба этих активов не так уж волнует их хозяина.

А сколько иностранные инвесторы успели заработать в России? – Для ответа на этот вопрос следует обратиться к платежным балансам РФ. Там есть позиция, называемая «Инвестиционные доходы к выплате», это доходы иностранных инвесторов, выводимые из страны.

Приведу значения этого показателя за последние 28 лет (млрд. долл.): 1994 г. – 5,11; 1995 г. – 7,18; 1996 г. – 9,26; 1997 г. — 12,49; 1998 г. — 15,63; 1999 г. – 11,39; 2000 г. – 11,26; 2001 г. – 10,54; 2002 г. – 11,75; 2003 г. – 23,27; 2004 г.- 23,31; 2005 г. – 33,07; 2006 г. – 52,51; 2007 г. – 64,48; 2008 г. – 90,15; 2009 г. – 60,92; 2010 г. – 73,00; 2011 г. – 89,66; 2012 г. – 99,64; 2013 г. – 104,25; 2014 г. – 100,86; 2015 г. – 66,31; 2016 г. – 70,49; 2017 г. – 82,23; 2018 г. – 85,85; 2019 г. – 99,75; 2020 г. – 75,07; 2021 г. – 110,8.

Как видим, поток инвестиционных доходов, выводимых из России иностранцами, имел тенденцию к нарастанию на протяжении рассматриваемого периода. Первые три года не выходил за пределы 10 млрд. долл. А в последние годы периода приблизился к 100 млрд. долл. А 2021 год стал рекордным – почти 111 млрд. долл. Суммарный объем доходов в виде дивидендов и процентов, выведенных иностранными инвесторами из России, за 28 лет составил 1.942,57 млрд. долл. Без малого два триллиона долларов.

На самом деле иностранный бизнес вывел из России гораздо большие суммы. Просто они проходят по другим статьям платежного баланса. Например, в виде платы за финансовые услуги. Приведу данные по этой статье за последние годы (млрд. долл.): 2017 г. – 2,24; 2018 г. – 1,83; 2019 г. – 2,34; 2020 г. – 2,44; 3 квартала 2021 г. – 1,62.

А вот еще один канал вывода средств, он маскируется статьей платежного баланса, называемой «Плата за пользование интеллектуальной собственностью». Вот данные по этой статье за последние годы (млрд. долл.): 2017 г. – 5,98; 2018 г. – 6,29; 2019 г. – 6,87; 2020 г. – 6,81; 3 квартала 2021 г. – 4,91.

Всем также известна статья, называемая «Оплата консалтинговых услуг». Это отличное прикрытие для вывода средств за границу. Покупка «дырки от бублика». Вот данные по этой статье за последние годы (млрд. долл.): 2017 г. – 5,41; 2018 г. – 5,75; 2019 г. – 6,00; 2020 г. – 5,78; 3 квартала 2021 г. – 5,12. Только по указанным трем статьям из России было выведено в 2020 году 15,03 млрд. долл.

А еще в платежном балансе есть статья под названием «Ошибки и пропуски», которая, как знают эксперты, в России является не «технической статьей», а отражает нелегальный вывод денег из страны. Частично резидентами, частично иностранцами. С учетом всей «этой мелочи», по моим оценкам, иностранный капитал из России за 28 лет вывел финансовые средства на сумму не менее 2,5 трлн долларов.

Кажется, бурный финансовый поток, обескровливавший российскую экономику, останавливается на наших глазах. Приняты решения о запрете на перечисление за рубеж дивидендов и процентов в иностранной валюте. Рублевые доходы иностранных инвесторов, согласно предписаниям Банка России, перечисляются на специальные счета, доступ к которым инвесторы из недружественных стран получат лишь после отмены санкций против России.

Приведенные выше цифры демонстрируют, что иностранный бизнес имел на протяжении всех лет существования Российской Федерации очень обильную финансовую жатву. Он с лихвой окупил свои инвестиции и теперь покидает ограбленную страну.

Конечно, после себя он оставляет истощенные недра, загрязненную природную среду, оборудование с высокой степенью амортизации и разного рода дебиторскую задолженность. Обещанных новых технологий и наукоемких производств не просматривается. Можем ли мы допустить, чтобы такой «инвестор» мог хлопнуть дверью и уйти? Думаю, что нет.

Раньше всех по данному вопросу высказался зампредседателя Совета безопасности РФ Дмитрий Медведев. 26 февраля он заявил, что на фоне новых санкций против Москвы не исключает национализацию имущества лиц, имеющих регистрацию в США, ЕС и других недружественных юрисдикциях.

В Государственной Думе депутаты от разных партийных фракций высказываются за национализацию активов уходящих из России иностранных компаний. Такое предложение, в частности, озвучил 7 марта Секретарь генсовета «Единой России» Андрей Турчак. Это предложение он назвал «крайней мерой», но отметил, что в ответ на санкции Запада необходимы «жёсткие ответные меры, действуя по законам военного времени».

В правительственном штабе по противодействию экономическим санкциям (создан 1 марта) готовятся предложения по нашим действиям в отношении иностранных компаний, заявляющих о своем уходе из страны. Финального документа по этому вопросу пока нет. Но общие его контуры уже просматриваются.

Об этом свидетельствуют сообщения в российских СМИ, освещающих заседания штаба. В том числе приводимые в сообщениях высказывания первого вице-премьера Андрея Белоусова, который, судя по всему, является главным идеологом реформирования российской экономики в условиях санкционной войны. Подход к иностранному капиталу, по мнению А. Белоусова и его коллег из штаба, должен быть дифференцированным.

Те иностранные компании, которые работали и продолжают работать в России без каких-либо заявлений об уходе из страны, не только не будут подвергаться какой-либо дискриминации (по сравнению с российским бизнесом), но будут даже получать всяческую поддержку от правительства.

Есть еще иностранные компании из стран, которые не участвуют в санкциях против России, но которые вынуждены приостанавливать или ограничивать свою деятельность в нашей стране из-за угроз вторичных санкций со стороны США, Великобритании и Европейского Союза. В отношении таких компаний может проводиться так называемая «дружественная национализация».

Государство может выкупать акции (доли в капитале) таких компаний на время действия санкций и с гарантией того, что иностранный инвестор может восстановить свои права на капитал и управление компанией в случае отмены санкций.

Может быть также вариант замещения иностранного инвестора российским путем выкупа акций (доли в капитале) по «справедливым ценам». Он может применяться в отношении тех иностранных инвесторов, которые демонстрировали ранее добросовестное выполнение всех своих обязательств перед Российской Федерацией, не выражают своего негативного отношения к сегодняшней политике Москвы и готовы (по мере возможностей) продолжать сотрудничество с Россией. Скажем, поставлять комплектующие и детали на то предприятие в России, которое до этого принадлежало этому иностранному инвестору.

Наиболее жестким является вариант в отношении тех иностранных компаний, которые заявляют о своем немедленном уходе из России и закрытии принадлежащих им российский предприятий. Даже без попытки продать свои активы какому-то другому инвестору. Вариант может быть максимально жестким в случае, если иностранная компания демонстративно заявляет, что ее уход продиктован «политическими мотивами».

В этой группе мы видим крупные и крупнейшие транснациональные корпорации, адресом юридической прописки которых являются как раз главные инициаторы санкционной войны – США, Великобритания, Европейский Союз, Канада, Австралия, Новая Зеландия и др. Список таких «недружественных стран» опубликован правительством РФ 6 марта и включает 48 государств и территорий.

Вариант немедленного закрытия предприятия вице-премьер А. Белоусов назвал «умышленным банкротством». И в отношении таких предприятий правительство предлагает применить процедуры «ускоренного банкротства». Детали такой процедуры пока не отработаны (да и самого понятия «ускоренного банкротства» в российском законодательстве нет).

Некоторые юристы предполагают, что это может быть процедура обычного банкротства, но с более сжатыми сроками. Тот же переход к внешнему управлению и конкурсному производству, что предполагает замещение руководства компании арбитражным управляющим для установления полного операционного контроля над предприятием (под контролем кредиторов и суда).

Некоторые юристы полагают, что предложенный вариант предполагает упрощенные процедуры банкротства: немедленный переход к конкурсному производству без предварительной процедуры наблюдения и управления. На месте ликвидированного предприятия (в случае сохранения минимальных активов и минимального количества работников) учреждается новое предприятие и происходит размещение акций нового эмитента.

Конечно, при принятии решений по каждому конкретному случаю будет неизбежно возникать множество проблем и вопросов.

Во-первых, у властных структур может возникать дилемма по поводу выкупа акций (долей в капитале) иностранного инвестора. Предоставить выкуп частному капиталу (российскому или, скажем, китайскому) или выкупать за счет казны в пользу государства. Т.е. менять частного собственника или проводить национализацию.

Во-вторых, то же «ускоренное банкротство» иностранных компаний можно проводить лишь при наличии соответствующих поправок и дополнений в российском законодательстве. За один день и даже за одну неделю принятие таких поправок и дополнений Государственной Думой достаточно проблематично.

В-третьих, при принятии решений по иностранной компании нужно иметь четкое представление о стране ее происхождения (входит она или нет в список «недружественных государств»). Часто компании приходят в Россию под флагом какой-то офшорной юрисдикции, который скрывает истинное происхождение капитала.

В-четвертых, государству следует определить источник средств, за счет которого оно могло бы проводить выкуп акций (долей в капитале) иностранного капитала. Правительством было принято решение о выделении из Фонда национального благосостояния (ФНБ) 1 триллиона рублей на поддержание фондового рынка России.

Но никаких подробностей о порядке расходования этих средств пока нет. Было бы неправильно «размазывать» эти большие деньги по всему фондовому рынку. Следует определить в качестве главной цели данной меры не поддержание биржевых котировок российских компаний, а национализацию иностранных предприятий, имеющих стратегическую значимость.

В-пятых, возникает вопрос о том, на каких условиях проводить выкуп акций (долей в капитале). По текущим рыночным ценам или по ценам, которые назначает государство. Впрочем, возможен вариант национализации и без всякой компенсации.

В-шестых, пока мы действуем рефлексивно. Т.е. власти и общественность России реагируют лишь на заявления руководителей иностранных компаний (составляют «на коленке» списки таких компаний и их заявлений). Пока это еще очень небольшая часть всех иностранных компаний, работающих в России. Остальные затаились.

Следовало бы действовать с опережением. Т.е. правительству необходимо подготовить письмо и разослать его в адреса иностранных компаний. В письме должен содержаться запрос, который позволил бы получить ответ о том, какую позицию иностранная компания заняла (или планирует занять) в условиях санкционной войны.

Можно продолжать и далее. Но в твердом остатке три простых мысли.

Во-первых, принимать решения по иностранному капиталу в России сегодня надо быстро, с опережением.

Во-вторых, действовать следует по правилам и методикам, которые также следует разработать очень быстро. Если пытаться бороться с санкциями без правил, то эта борьба может вылиться в волюнтаризм, породить хаос и дополнительную коррупцию; в конечном счете, еще больше ослабить российскую экономику.

В-третьих, учесть в сегодняшней ситуации советский опыт. На стыке 20-х-30-х годов прошлого века в истории Советского Союза происходил переход от НЭПа (модель либеральной рыночной экономики) к новой модели экономики, которую можно назвать мобилизационной. Тогда произошел и радикальный пересмотр политики государства в отношении иностранного капитала. В результате этого пересмотра уже к концу первой пятилетки в советской экономике почти не осталось следов иностранного капитала.

P.S. Наша общественность уже действует с опережением. 10 марта стало известно, что неправительственная организации «Общественная потребительская инициатива» (руководитель Олег Павлов) направила в правительство и Генпрокуратуру список иностранных компаний, которые следует национализировать из-за прекращения их работы в России.

О. Павлов заявил: «Пока в перечне 59 компаний, но он будет расширяться в зависимости от новых заявлений иностранного бизнеса. В числе тех, кто уже оказался в документе: Volkswagen, Apple, IKEA, Microsoft, IBM, Shell, McDonalds, Porsche, Toyota, H&M и другие».

Он также добавил: «Общий объем обязательств этих компаний перед гражданами, государством и контрагентами составляет более 6 триллионов рублей. Ровно этой сумме равна их выручка в России за прошедшие три года. Попадание в анти-санкционный черный список означает для компании-нарушителя и ее руководства реализацию следующих рисков: арест счетов и активов, введение внешнего управления, национализацию имущества. Также руководство этих предприятий может быть привлечено к уголовной ответственности за преднамеренное банкротство и мошенничество в особо крупном размере».

 

https://reosh.ru/valentin-katasonov-begstvo-inostrannogo-kapitala-iz-rossii-ego-sleduet-priderzhat-ili-nacionalizirovat.html

Оставить комментарий

Убедитесь, что вы вводите (*) необходимую информацию, где нужно
HTML-коды запрещены

Все фотографии, изображения, тексты, личная информация, видеофайлы и / или иные материалы, представленные на электронном вестнике "Жизнь Отечеству", являются исключительной собственностью владельца домена usprus.ru (за исключением материалов переопубликованных из иных источников, с правом публикации, либо авторские тексты, иной материал, переданные для публикации авторами).
Авторские права и другие права интеллектуальной собственности на все материалы, содержащиеся на электронном вестнике "Жизнь Отечеству", принадлежат собственнику домена usprus.ru, либо авторам публикаций, переданные для публикации на электронном вестнике "Жизнь Отечеству".
Использование вышеуказанных материалов без разрешения главного редактора электронного вестника "Жизнь Отечеству" является незаконным согласно ГКРФ.